Золото — новый уровень $5 000 унция | Мнение Дмитрия Александрова

Золото в пятницу преодолело $5 000 за тройскую унцию — итоги Давоса и продолжающийся уход от риска (и неопределённости) как крупнейшими институциональными участниками, включая ЦБ, так и физическими лицами, двигают котировки вверх. Вдобавок к этому — спекуляции на тему достаточности запасов (как на биржевых складах, так и в  Форт‑Ноксе).

Ситуация такая возникает не первый раз — подобное уже наблюдалось в 2011–2012 годах на рынках долговых обязательств стран европейского Юга (уже подзабытая аббревиатура PIIGS), а также в 1974 году (после отмены золотого стандарта для доллара) и в 1979–1980 годах (стагфляция в США). Последний случай особенно интересен, потому что в эти годы движение цен было наиболее драматичным. Чтобы получить численные ориентиры для оценки потенциала дальнейшего движения, полезно сопоставить котировки золота с ценами на серебро и с динамикой долларовой денежной массы M2.

Соотношение золото / USD (M2) в 1974–2011 годах достигало 200–207 против 55–65 в 1971–2001 годах, а в 1979–1980 годах это значение превышало 450. На сегодня это соотношение составляет 228, т. е. пробило максимумы, характерные для чисто «финансовых» кризисов.

В паре с серебром в 1974–2011 годах золото находилось около 32–34, в 1980 году опускалось ниже 18, а в остальное время минимумы находились в районе 44–46 — соотношение достигает верхней границы этого диапазона в тот момент. Характерно, что после достижения таких экстремумов серебро в течение нескольких недель откатывало, а золото также останавливало рост и в течение 2–3 кварталов делало попытку повторного подъёма, после чего также переходило к долгосрочному снижению (например, после 1980 года нисходящий боковик затянулся на более чем 20 лет).

Может ли сейчас повториться именно ситуация 1979–1980 гг., а не 1974–2011 гг.? Судя по всему, основания для этого есть: указывают как сходный геополитический фон и накопившиеся социально‑экономические противоречия, так и то, что более сильное движение цен вполне укладывается в общую логику переоценок сырья, точнее — девальвации валют, в рамках длинных циклов (в данном случае — Кондратьевского).

При этом сложно учесть изменившиеся роли участников рынка, в частности Китая; введённое ограничение экспорта серебра из Китая некоторыми уже трактуется как подготовка возврата подобия серебряного монометаллизма в государственных финансах, характерного для страны в позапрошлом веке. Всё это добавляет хаоса в попытки точных оценок.

Какие практические выводы? Несмотря на то, что разворот как в паре золото/серебро, так и в абсолютной динамике цен серебра, а затем золота, может быть уже близок, однозначно опасными были бы непокрытые короткие позиции по золоту и серебру, поскольку в сценарии глобальной перестройки финансовой и торговой архитектуры дальнейшее движение цен может быть ещё очень сильным. При этом аккуратная покупка длинных опционов‑пут (по сроку — два‑четыре месяца, т. е. мартовские или июньские) вполне может иметь место — история показывает, что такие резкие движения всегда имели краткосрочный характер.

Бросаться же в след за улетающими вверх котировками драгметаллов от текущих уровней может быть опрометчиво.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

(с) Дмитрий Александров, руководитель управления аналитических исследований «АВИ Кэпитал» для РБК Инвестиции